3. Историософия
История русской философии / Русская религиозная философия в XX столетии / Евразийство: социальная философия и историософия / 3. Историософия
Страница 3

По убеждению евразийцев, к управлению государством могут быть допущены только люди первого психологического типа. Проникновение в государственные структуры людей второго типа смертельно опасно для нравственного здоровья общества, для самого существования государства.

Другой особенностью татаро-монгольской государственности, так или иначе воспринятой Российским государством, по мнению евразийцев, является ее отношение к религии, выражавшееся в религиозной терпимости. При этом для Чингисхана было безразлично только то, к какой религии принадлежали его подданные, но отнюдь не отсутствие религиозности. " .Он не просто пассивно терпел в своем государстве разные религии, а активно поддерживал все эти религии", которые способствовали созданию особо ценимого первого психологического типа личности.

Евразийцы, имеющие свой собственный взгляд на историю государственности России как на преемницу государственности империи Чингисхана, вовсе не идеализируют последнюю, более того, подчеркивают, что русскими людьми она воспринималась враждебно, ибо унижала национальное достоинство. В ответ на это "в русских душах и умах поднималась, росла и укреплялась волна преимущественно религиозного, но в то же время и национального героизма". Возникло противоречие: с одной стороны, величие монгольской государственной идеи, стоящей гораздо выше примитивной "удельно-вечевой" домонгольской идеи, а с другой - ощущение ее "чуждости и враждебности". Это противоречие было снято русской национальной мыслью, которая "обратилась к византийским государственным идеям и традициям и в них нашла материал, пригодный для оправославления и обрусения государственности монгольской". Таким образом, идея монгольской государственности вновь ожила, но уже в иной форме, "сотворилось чудо превращения монгольской государственной идеи в государственную идею православно-русскую". Эта идея стала воплощаться в реальность с распадом Монгольской империи и приходом ей на смену Российского государства, превратившегося из провинции (улуса) чингисхановской империи в великое государство Евразию, а Москва стала "новой объединительницей евразийского мира". Исход к Востоку. Предчувствия и свершения. Утверждение евразийцев. София, 1921. С. 7. Вернадский Г.В. Начертание русской истории. Прага, 1927. Ч. 1. С. 9. Евразийство. Опыт систематического изложения. Париж, 1926. С. 30. Там же. С. 31. Трубецкой Н.С. История. Культура. Язык. М., 1995. С. 212. Там же. С. 216. См.: Вернадский Г.В. Начертание русской истории. С. 13-18. На путях. Утверждение евразийцев. М.; Берлин, 1922. С. 342, 344. Трубецкой Н.С. История. Культура. Язык. С.222. Там же. С. 224. Там же. С. 46. Там же С. 227. Там же. С 46.

Страницы: 1 2 3 

Смотрите также

Философско-богословская мысль
Древнерусское любомудрие не питало особых пристрастий к системности, поскольку содержание тогда, по существу, превалировало над формой. На Руси издавна прижился духовно-практический способ освоени ...

Демократия и свобода личности в современном государстве
Мы – источник веселья – и скорби рудник, Мы - вместилище скверны – и чистый родник. Человек – словно в зеркале мир, - многолик, Он ничтожен – и он же безмерно велик. Омар Хайям ...

Интуитивизм и иерархический персонализм Н. О. Лосского
Характерной особенностью русской религиозной философии конца XIX-XX в. является поворот к метафизике. В этом отношении она в известном смысле опередила аналогичный поворот к онтологии, осуществлен ...