Проблема веры в творчестве Достоевского
Книги, статьи по философии / История русской философии - Евлампиев И.И / Философские взгляды Ф. М. Достоевского / Проблема веры в творчестве Достоевского
Страница 1

Литература, посвященная анализу философского мировоззрения Достоевского, весьма обширна, однако во всей массе работ явно господствует одна главная тенденция, представляющая Достоевского как религиозного писателя, который стремился показать тупики безрелигиозного сознания и доказать невозможность для человека жить без веры в Бога; особенно много усилий для ее обоснования приложил Н. О.Лосский. Соответствующая интерпретация настолько распространена и носит настолько всеобщий характер, что ей в той или иной степени отдали дань практически все исследователи Достоевского.

Однако распространенность этой точки зрения на творчество Достоевского не делает ее доказательной, наоборот, тот факт, что в размышлениях Достоевского о человеке и Боге находили созвучные себе идеи не только мыслители, близкие к канонической православной традиции, но и весьма далекие от нее (например, А.Камю, Ж.-П.Сартр и другие представители так называемого "атеистического экзистенциализма"), говорит против столь простого решения проблемы Достоевского.

Для того чтобы понять, был ли Достоевский религиозным (православным) писателем в полном и точном смысле этого определения, задумаемся, какой смысл мы вкладываем в понятие "религиозный художник". Кажется очевидным, что главное здесь - однозначное принятие религиозного (православного) мировоззрения, взятого в его исторической, церковной форме. В этом случае религиозное искусство имеет единственную цель - демонстрировать позитивное значение религиозной веры в жизни человека; даже отступление от веры должно изображаться художником только для того, чтобы яснее продемонстрировать преимущества жизни, основанной на вере.

Некоторые герои Достоевского, действительно, выступают последовательными выразителями целостного православного мировоззрения. Среди них можно выделить старца Зосиму из "Братьев Карамазовых" и Макара Долгорукова из "Подростка". Однако их трудно назвать главными героями Достоевского, и вовсе не в их историях и высказываниях (достаточно банальных) выявляется подлинный смысл мировоззрения писателя. Художественный талант и глубина мысли Достоевского с особенной силой проявляются вовсе не в тех случаях, когда он дает изображение мировоззрения "настоящего христианина" (как считал Лосский), а тогда, когда он пытается понять человека, только ищущего веру; или человека, нашедшего веру, радикально расходящуюся с тем, что принято "нормальным" в обществе; или даже человека, вообще отрекающегося от всякой веры. Глубина художественного мышления Достоевского - в наглядной демонстрации того, что все эти мировоззрения могут быть предельно цельными и последовательными, а исповедывающие их люди - не менее целеустремленными, сложными в своем внутреннем мире и значимыми в этой жизни, чем "настоящие христиане".

Можно согласиться, что многие центральные герои Достоевского - Раскольников, князь Мышкин, Рогожин, Версилов, Ставрогин, Иван и Дмитрий Карамазовы - своей романной судьбой частично подтверждают тезис об абсолютной ценности веры. Однако во всех этих случаях Достоевский ставит главной целью не осуждение их неверия и не провозглашение веры панацеей от всех бед и страданий. Он пытается выявить всю глубину противоречивости человеческой души. Изображая падшую душу, Достоевский хочет понять логику ее "падения", выявить внутреннюю "анатомию" греха, определить все основания и всю трагедию неверия, греха, преступления. Не случайно в романах Достоевского трагедия неверия и греха никогда не разрешается благостным и однозначным финалом. Невозможно утверждать, что Достоевский изображает падшие души только для того, чтобы показать неизбежность их движения к вере - к традиционной христианской вере в Бога. "Грешники" и "отступники" в его романах почти никогда не превращаются в верующих и "блаженных", как правило, они готовы до конца упорствовать в своем отступлении от чистоты веры. Пожалуй, только один раз - в случае Раскольникова из "Преступления и наказания" - Достоевский дает пример искреннего раскаяния и безусловного обращения к православной вере и церкви. Однако это как раз тот случай, когда исключение из правила только подтверждает правило. Эпилог романа, изображающий жизнь раскаявшегося и обратившегося к вере Раскольникова, выглядит как уступка заранее принятой схеме, внешней для художественной логики романа. Совершенно очевидно, что новая жизнь Раскольникова, о которой говорится в эпилоге, никогда не могла стать существенной темой творчества Достоевского - это была не его тема. Кроме того, уместно напомнить, что в самом тексте романа раскаяние Раскольникова и все его нравственные муки связаны с тем, что, совершив убийство, он порвал какую-то невидимую сеть взаимоотношений с другими людьми. Осознание невозможности существовать вне этой живительной сети отношений и приводит его к покаянию, причем нужно подчеркнуть, что покаяние осуществляется именно перед людьми, а не перед Богом.

Страницы: 1 2 3

Смотрите также

"Религиозный материализм" С. Н. Булгакова
Творчество Сергея Николаевича Булгакова (1871-1944) занимает в русской религиозно-философской мысли XX в. одно из центральных мест. Он проделал впечатляющую идейную эволюцию от сторонника "ле ...

Две особенности русского марксизма
...

Диалектика сознательного и бессознательного
...