PhilosofFine

Сейчас мы уверены в наивности рационализма XVIII века и того способа, каким он стремился обрести потребную европейскому человечеству твердую почву. Но можно ли вместе с этим наивным, а при последовательном продумывании даже абсурдным рационализмом отбросить и подлинный смысл рационализма? Как обстоит дело с тем, чтобы всерьез прояснить эту наивность, эту абсурдность, и как оно обстоит с рациональностью превозносимого и требуемого от нас иррационализма? Не придется ли последнему, если мы станем к нему прислушиваться, использовать разумные соображения и обоснования, для того чтобы нас убедить? Не обернется ли в конце концов его иррациональность малодушной и ущербной рациональностью, худшей, нежели рациональность старого рационализма? Более того, не есть ли это рациональность «ленивого разума», который уклоняется от борьбы за прояснение последних предданностей и тех целей и путей, которые истинным и предельно рациональным образом очерчиваются исходя из них?

Но довольно об этом, я слишком забегаю вперед, чтобы дать почувствовать ни с чем не сравнимую значимость прояснения глубочайших мотивов кризиса, в котором уже очень рано оказалась философия и наука Нового времени и который, значительно усилившись, продолжается и в наши дни.