PhilosofFine

Совершенно естественно, что при акценте на самостоятельности и творческой свободе отдельной личности, обязанной в себе самой воспроизвести все то, что составляет содержание догматов, центром христианской религии становится Иисус Христос и его человеческие переживания. "Его переживания и составляют истинный фундамент догматики. Переживания Иисуса из Назарета есть мост, по которому догматика может перейти от земли на небо, от психологии к метафизике".

Однако, приступив к выполнению поставленной задачи, Флоренский оказался перед дилеммой: либо принять всю полноту ответственности за живое содержание религии, не предугадывая результат, который может оказаться несовместимым с наличным церковным догматизмом, либо признать, что у поставленной задачи уже есть заранее заданный ответ (незыблемая система догматов), и свести замысел "оживления" догматов к вычурной и совершенно искусственной игре с их содержанием. В книге "Столп и утверждение Истины" Флоренский склоняется ко второму варианту; как раз об этом пишет Бердяев в своей критической статье, посвященной этой книге.

Первый путь - это путь Достоевского и всех тех свободных мыслителей, для которых в христианской религии главное - это личность Христа и, значит, идея божественной природы человека и его свободы. Второй путь, выбранный Флоренским, - это путь Великого Инквизитора, отрицающего значимость свободы личности и допускающего эту свободу только для себя самого и других "водителей" человечества. Именно по этому пути пошла русская православная церковь с XVII в., и в начале XX в. Флоренский со всей присущей ему энергией провозглашает необходимость все человечество и всю культуру поставить на этот путь.